Каталог книг издательства "Москва" > Бизнес книги, профессиональная литература, деловая литература > БОГ, Том 1, Бог «Бытия» > Первый день творения
Библия
начинается
с Пятикнижия Моисея,
с его 5 самых первых книг,
озаглавленных последовательно
«Бытие», «Исход», «Левит», «Числа»
и последняя, завершающая - «Второзаконие».
Первая книга – «Бытие» – повествует о появлении Бога, о сотворении им мира и человека, о начальной жизни человечества и о происхождении еврейского народа.
Это самый первый документ, свидетельствующий о едином Боге. Всё остальное – вторично.
Полную биографию Бога создать невозможно, потому что ничего не известно о жизни Бога до того момента, когда он начал творить мир. Так что здесь будет рассмотрена только та часть его биографии, которая отражена в первом письменном документе – в начальной части Пятикнижия, в «Бытии».
Из первой книги Пятикнижия нельзя узнать, кто автор этих книг. Только впоследствии раскрывается, что все 5 книг, за небольшим исключением, написал вождь еврейского народа Моисей. Судя по всему, и он не знал, что же было с Богом до первого дня творения. Если бы знал – непременно написал бы об этом. Но не знал.
В книге «Бытие» 50 глав. У них нет заголовков, главы только пронумерованы. Не во всех них говорится о Боге и его деяниях, но во всех описаны последствия его деяний.
Это самый первый и самый основной документ, свидетельствующий о Боге.
Бог появляется в первом же предложении Библии, в первой же строке и сразу начинает действовать.
В начале сотворил Бог небо и землю.
Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.
И сказал Бог:
- Да будет свет.
И стал свет.
И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.
И назвал Бог свет днём, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.
Биография Бога начинается с биографии мироздания.
6 дней творения – это первые сведения о Боге. Для нас это первые 6 дней жизни Бога в реальном мире, удостоверенные автором Пятикнижия.
Что было с Богом до этого первого дня, абсолютно неизвестно. Неизвестно, где он обитал, что делал, о чём думал, почему вдруг ни с того ни с сего решил создать небо и землю. А может, и не вдруг, может, только после длительных размышлений, сомнений, прикидок решил Бог взяться за такое серьёзное масштабное дело – создание необозримой бесконечной Вселенной.
Не очень много говорится в первом дне о Боге, но, в принципе, и не мало.
Не поясняется:
- что такое Бог;
- какова его сущность;
- как он выглядит;
- собственно, неясно даже, есть ли у него внешность, ибо как же на него взглянуть со стороны? Невозможно на него взглянуть со стороны, некому на него взглянуть со стороны;
- сколько времени он существует;
- где он обитал до первого дня творения;
- что делал до этого первого дня;
- что побудило его приняться за сотворение мира;
- какой процесс прошёл в его сознании, чтобы он перешёл от простого существования к существованию творческому;
- с какой целью он создал мир;
- единственный ли этот его мир или он создавал ранее где-то и другие миры, и если да, то сколько и какие…
И так далее, и так далее – вопросам несть числа.
Но и то сказать – нельзя же сразу, на первой же странице выложить все сведения о чём угодно. Информацию всегда предпочтительнее давать постепенно, от простого к сложному.
Представьте – приходят первоклассники в школу на первый урок арифметики, а учитель им, к примеру, говорит:
- Итак, дети, давайте умножим 735 на 984, полученную сумму разделим на 317 и посмотрим, разделится ли она без остатка, а если будет остаток, то какой. Дети только вытаращат глаза и ничего не поймут.
Сначала надо будет их научить цифрам, потом сложению и вычитанию в пределах 10, потом числам двузначным, потом делению и умножению в пределах таблицы умножения, и только через эти «потом» приступить к операциям с трёхзначными числами, и только потом, через многие и многие «потом» дойти и до таблицы логарифмов, и до интеграла, и до дифференциала, и много ещё до чего в высшей математике.
То же самое и с письменностью. Сначала буквы, потом слога, потом слова, потом предложения. А диктанты, изложения и сочинения – это потом, это намного позже потом.
То же самое, надо полагать, и с Богом. Он сложнее арифметики и грамматики. Возможно, Библия свойства Бога и его характеристики будет развёртывать постепенно, шаг за шагом.
Любой путь начинается с первого шага, любая лестница – с первой ступеньки, знакомство с Богом – с первого дня творения.
Ведь и в первом дне творения информации о Боге немало.
Главное – он существует и умеет творить. Да ещё в каких масштабах!
В начале сотворил Бог небо и землю.
Создать землю! Целую планету! Единым разом!
Ну, что такое земля, нам, живущим на земле, более или менее ясно. Поскольку речь явно идёт о планете, то уместнее было бы писать это слово с большой буквы – Земля. Но поскольку в переводе наша планета прописной буквы не удостоилась, то ладно, пусть так и останется.
Сложнее понять, что такое небо.
Если это то, что вне земли, то это – пространство, космос.
Бог создал пространство?
А было ли пространство до Бога?
Если нет, то где же он существовал?
Может ли Бог существовать вне пространства?
Где же он существовал, когда не было пространства?
Бог что, подобен математической точке? Она тоже существует вне пространства. Она жива только логически, ею можно оперировать, ею можно пользоваться, о ней можно рассуждать, но она не имеет ни длины, ни ширины, ни объёма, ни веса, ни времени существования – она не материальна, она мысленный логический конструкт и ничего более.
Бог обладает теми же пространственными характеристиками, что и математическая точка?
Но нет, рука не поднимается сводить Бога к математической точке. Бог – мыслящее и творящее существо, а точка в математике – фикция, абстракция, выдумка. (Ой, наверняка кто-то из атеистов то же самое думает и о Боге…)
Но вполне возможно, что предположение о том, будто небо – это пространство вокруг земли, неверно. Возможно, что небо – это нечто другое. Возможно, в дальнейшем Библия более определённо подскажет, что же такое небо. Однако во всяком случае ясно, что небо надо создавать, что неба до Бога не было. О небе в первом дне творения больше никакого упоминания не будет. А вот о земле – таки да.
Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною…
Земля безвидна… Кто же в тот первый день мог смотреть на землю и не видеть её?
Да кроме Бога – никто. Потому что никого больше нигде нет. Никто рядом с Богом не стоит. Пока Библия говорит только о трёх сущностях – Бог, небо и земля.
Бог, конечно, знает, что земля создана, он уверен в результате своего деянии, он убеждён в том, что земля здесь, рядом, что она существует. Но он её не видит – она безвидна…
Бог начал творить мир в темноте?
Бог не видит в темноте?
Создавал ли Бог темноту, или она образовалась сама собой?
Может ли что-либо образоваться в мире без Бога?
Что земля пуста – это понятно. Об этом и наука говорит. Нет на первобытной земле никакой жизни. Не только безвидна, но и пуста.
А в Иерусалимском переводе, помимо пустоты земли, другое слово для неё.
Земля же была пуста и хаотична…
Земля хаотична! То есть никакого в ней порядка, никакого благоустройства.
И кто же этот хаос создал, а?
Да кроме Бога – некому.
Чей же перевод точнее и более уважительнее к Богу – Синодальный, в котором земля пуста и безвидна, или Иерусалимский, в котором земля пуста и хаотична? Сначала приходится создавать мир вчерне, в темноте, как получится? Даже в хаосе? И только потом, как будет ясно из дальнейшего текста, мир подправляется, упорядочивается, отшлифовывается, совершенствуется, благоустраивается – создаётся свет, отделяется вода от суши, создаются Солнце, Луна и звёзды, земля заселяется растениями, животными и человеком.
О земле в первом дне говорится, что она пуста.
Пуста, да не совсем!
И Дух Божий носился над водою.
Значит, уже и вода есть, и, наверное, не какие-то жалкие лужицы и болотца – не тот масштаб у Бога, чтобы лужицы создавать. Наверняка на земле моря и океаны, и уже вольно гуляют по их глади волны, а над ними носится Дух Божий.
Дух Божий – это что-то новенькое.
Дух Божий и Бог – это одно и то же или нет?
Для христианства – конечно, нет. В христианстве много чего божественного – и Бог-отец, и Бог-сын, и Бог – Дух Святой. Не пишут, не говорят, как в «Бытии» – Дух Божий, предпочитают – Дух Святой. Троица. Дух Святой на христианских иконах изображают в виде белого голубя. Так когда-то кому-то захотелось, так закрепилось традиционно, хотя в Пятикнижии ни о каком белом голубе ни слова.
А в иудаизме, том самом, который и создал Пятикнижие как самый начальный, самый основной, самый первозданный источник монотеистической веры – никакой тройственности в религии нет и быть не может. Бог – один. А три божественных существа – это уже шаг назад от единобожия, это уже что-то ближе к язычеству с его обилием богов.
Так что же, Дух Божий и Бог – синонимы?
В первом дне творения так и можно подумать. Однако в дальнейшем в том же Пятикнижии увидим, что совсем нет, что Дух Божий – это нечто особенное, такая эманация, такая творческая сила, которая существует сама по себе и хотя зависит от Бога, но Богом отнюдь не является и вообще это не личность. Сказано же – Дух.
В книге «Числа» вот что говорится.
И сошёл Господь в облаке, и говорил с ним, и взял от Духа, Который на нём, и дал 70 мужам старейшинам. И когда почил на них Дух, они стали пророчествовать…
Вот, значит, сила какая в этом Божьем Духе – сойдёт этот Дух на человека, и даётся этому человеку такое знание, которого ни у кого больше нет - открывается перед ним будущее. Не сказано же – почил на них Бог, это было бы явно чрезмерно, а сказано – почил на них Дух. То есть нечто божественное, но отнюдь на сам Бог. По велению Бога Дух может отделяться от Бога и присоединяться к человеку.
Так что же – в первый день творения Бог создал не только мир материальный, но и духовный? Или этот Дух всегда был с Богом и создавать его не надо, он есть одно из проявлений Бога?
Дух Божий присущ Богу всегда, как живому цветку аромат?
Скорее всего, так оно и есть. Даже наверняка.
Впрочем, подробнее об этом позже, по мере продвижения по тексту «Бытия», а пока достаточно уяснить, что в первый день творения над водой носился не Бог, а Дух Божий. Что он из себя представляет, как он выглядит, и выглядит ли вообще, имеет ли этот Дух какую-нибудь внешность, хотя бы в виде пара, тумана, зыбкого миража – неизвестно. Да в первый момент он никак не мог и выглядеть, потому что кругом сплошная тьма. Уж если сама земля была безвидна, то где там увидеть бестелесный Дух.
В Иерусалимском переводе о Духе Божьем говорится более уважительно по сравнению с Синодальным. Ну что это за слово – «носился»? Словно бесприютный осенний сухой листок под ветром. В Иерусалимском переводе слово иное – «витал». Явно поэтичней, уважительней и божественней.
И Дух Божий витал над водою.
Что касается поэтичности, то какой прекрасный стих:
Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною…
Вот в этом стихе немножко и проясняется, что такое небо. Есть земля, и есть вокруг неё – бездна. Бездна – это то, что без дна. Бесконечное пространство. Космос. Вселенная (пока совершенно пустая).
В начале сотворил Бог небо и землю.
Вначале – небо, то есть пространство, бездна. И только затем землю. А иначе куда же землю поместить, если нет пространства?
В тьмущей темноте, где ни одной искорки, ни малейшего просвета, в темноте абсолютной, где только чёрная беспредельная космическая бездна, Богу неуютно. Ведь он даже землю, своё первое ощутимое творение, не видит.
И сказал Бог:
- Да будет свет.
И стал свет.
И стал свет - и полетели со всех сторон и во все концы фотоны, заполнили всю эту бездну, всё пространство и уничтожили тьму. Источник света долго не искать, он разве не ясен? Желание Бога, веление Бога, слово Бога – вот источник света.
И совершенно ясно, каким образом Бог творит мир. Очень просто творит - словом своим творит, ничем более.
И сказал Бог:
- Да будет свет.
И стал свет.
Вправе предположить, что небо и землю Бог сотворил так же. Сказал – да будет небо и земля! И стали небо и земля.
Как гениально просто всё делать, как божественно - только желанием и словом!
Между прочим, христианство подтверждает могущественную силу божьего слова. Вот Евангелие от Иоанна, самые первые строки.
В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог.
Оно было в начале у Бога.
Конечно, у Бога, у кого же ещё, ведь никого другого и в помине рядом не было.
Слово было Бог…
Бог творит Словом, Слово олицетворяет силу Бога, Слово становится божественным явлением. Сказано – значит сделано, сотворено, явлено. А что не сказано – того и в помине нет.
Бог говорит:
- Да будет свет.
Тут-то и клубятся вопросы.
Бог говорит сам с собой?
На каком языке он говорит?
Каким образом воспроизводит звуки, каким речевым органом?
Кому он говорит?
Зачем он говорит?
Молча он творить не может?
Или может, но с разговором ему творить сподручнее?
Непременно божья речь должна звучать в пространстве?
Говорил ли он что-нибудь когда-нибудь до этого момента, до своей самой первой прекрасной во всех отношениях фразы – «Да будет свет»? Или это его самое первое высказывание, самое первое предложение?
Ответов на это нет в «Бытии» ни в первом дне творения, ни во всех последующих.
Но посмотрим далее, что же стало после появления света.
И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.
Фраза свидетельствует, что до появления света Бог света не видел и не знал, хорош свет или плох. Ему надо было сначала посмотреть на свет, увидеть его и только после этого определить, что он хорош.
До этого момента, до создания света, Бог существовал только в темноте, в полном отсутствии фотонов? И сколько времени это длилось?
Чуть ранее здесь задавался вопрос о Боге – единственный ли этот его мир? Может, это не первый мир, который Бог творил, может, он этим занимался и раньше, создавал где-то иные миры?
Да ничего подобного! Никакого другого мира Бог до этой поры не сотворил и ничего не видел. Он даже света не видел! Он настолько наивное и простодушное существо, что даже не знает, хорош свет или плох. Он впервые увидел свет в первый день своего творения и от души порадовался – до чего же свет хорош, как хорошо существовать при свете! А до этого дня Бог жил в темноте – и вот вырвался из пассивного существования в феерическую сферу активного творчества, из темноты на свет, словно из темницы на вольный широкий полдневный луг с его ароматом трав и цветов, порхающими бабочками, свежим ветерком и синью неба.
За Бога можно только порадоваться – за его выход из тьмы к свету, от бездействия к деятельности, к творчеству, созиданию, к раскрытию своего безбрежного творческого потенциала.
Николай Васильевич Гоголь во втором томе своих «Мёртвых душ», глава 3, замечает мимоходом:
Бог предоставил себе дело творенья, как высшее наслажденье…
Именно – наслажденье! Непременно – наслажденье! С каким размахом Бог творит, с каким азартом, с какой широтой, с каким наслаждением, с каким удовольствием! И всё у него получается сравнительно неплохо, даже хорошо. (Кроме человека. Но об этом потом).
После слов Бога о свете здесь было высказано предположение, что сразу «полетели со всех сторон и во все концы фотоны, заполнили всю эту бездну, всё пространство и уничтожили тьму».
Ан ничего подобного – предположение ложно.
Потому что не всё пространство стало светлым, не весь космос, не всюду проникли фотоны. Где-то в бездонной бездне, куда фотоны не долетели, тьма оставалась, так что Богу пришлось отделять свет от тьмы, провести границу. Если бы тьмы не было, если бы был только свет – нечего было бы и отделять.
И отделил Бог свет от тьмы.
А отделять пришлось, пришлось создать для фотонов непреодолимую преграду.
Так создавал Бог тьму или она сама собой получилась?
Тьма – не самостоятельная сущность, а только свидетельство отсутствия света?
Да нет – ведь Богу приходится с ней оперировать, отделять её от света. Получается, что она не зависит от света, что она сама по себе, а свет сам по себе. В ближайшие дни Богу придётся отделять воду земную от воды небесной, затем воду от суши… Так же и свет от тьмы?
Об этой тьме до сих пор идут споры. Мол, в дихотомии «да – нет» оба объекта логически связаны. Воспроизводство одного объекта совсем не обязательно означает какую-нибудь деятельность по воспроизводству другого. Другой объект получается сам собой. Например, Соединённые Штаты, равно как и Франция, Англия, Германия и другие страны в начале ХХ века стали серийно выпускать самолёты. Равносильно тому, что человек в подражание Богу сказал: «Да будут самолёты!». И стали самолёты. Означает ли это, что эти страны до ХХ века деятельно занимались отсутствием авиастроения? Да они об этом и думать не думали. Отсутствие авиастроения получалось само собой.
Так и со светом. Бог создал свет – но это совсем не означает, что он перед этим создавал тьму. При отсутствии света тьма получается сама собой. Хотя тьма и более осязаема, чем отсутствие авиастроения. Над отсутствием чего-то работать не надо.
И наконец, последнее деяние Бога в этот первый день.
И назвал Бог свет днём, а тьму ночью.
Ещё раз Бог высказался – «назвал». Не просто подумал, а «назвал». Стало быть, дважды высказывался в этот первый день.
До первого дня творения ничего не было – ни земли, ни воды, ни дня, ни ночи. Всё, что создаётся, что появляется по слову Бога, – внове. И это новое надо назвать, прикрепить к нему термины. И Бог называет – день, ночь, свет. Возможно, не только для себя называет – знал точно, что будет на земле человек, которому все божьи термины бытия очень даже пригодятся.
И наконец, констатация факта.
И был вечер, и было утро: день один.
Наверное, можно придраться к этой фразе – мол, между вечером и утром отнюдь не день, а ночь. Но вспомним – первый день начинался с тьмы. Свет появился позже. Иудаизм это затвердил в своей религиозной и государственной практике – сутки начинаются вечером, с тьмы, а завершаются светом. В христианстве сутки начинаются тоже с тьмы, в полночь, но кончаются не светом, как в иудаизме, а той же тьмой, в следующую полночь. Ну, это кому как нравится.
Кроме того, и то учесть надо, что когда мы говорим «день», мы зачастую понимаем под этим отнюдь не день как таковой, а сутки, то есть день и ночь. Произнеся в разговоре – «Три дня назад» - мы ведь имеем в виду именно сутки, то есть и ночи тоже. Говорим – «Три дня», а имеем в виду – и три ночи. Ну и Моисей так же – вечер, утро, день один.
Подытожим – что же создал Бог в первый день.
Создал, в порядке последовательности – небо, землю, тьму, бездну, воду, свет, грань между светом и тьмой.
Первый день творения
начинается
с Пятикнижия Моисея,
с его 5 самых первых книг,
озаглавленных последовательно
«Бытие», «Исход», «Левит», «Числа»
и последняя, завершающая - «Второзаконие».
Это самый первый документ, свидетельствующий о едином Боге. Всё остальное – вторично.
Полную биографию Бога создать невозможно, потому что ничего не известно о жизни Бога до того момента, когда он начал творить мир. Так что здесь будет рассмотрена только та часть его биографии, которая отражена в первом письменном документе – в начальной части Пятикнижия, в «Бытии».
Из первой книги Пятикнижия нельзя узнать, кто автор этих книг. Только впоследствии раскрывается, что все 5 книг, за небольшим исключением, написал вождь еврейского народа Моисей. Судя по всему, и он не знал, что же было с Богом до первого дня творения. Если бы знал – непременно написал бы об этом. Но не знал.
В книге «Бытие» 50 глав. У них нет заголовков, главы только пронумерованы. Не во всех них говорится о Боге и его деяниях, но во всех описаны последствия его деяний.
Это самый первый и самый основной документ, свидетельствующий о Боге.
Бог появляется в первом же предложении Библии, в первой же строке и сразу начинает действовать.
В начале сотворил Бог небо и землю.
Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою.
И сказал Бог:
- Да будет свет.
И стал свет.
И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.
И назвал Бог свет днём, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один.
Биография Бога начинается с биографии мироздания.
6 дней творения – это первые сведения о Боге. Для нас это первые 6 дней жизни Бога в реальном мире, удостоверенные автором Пятикнижия.
Что было с Богом до этого первого дня, абсолютно неизвестно. Неизвестно, где он обитал, что делал, о чём думал, почему вдруг ни с того ни с сего решил создать небо и землю. А может, и не вдруг, может, только после длительных размышлений, сомнений, прикидок решил Бог взяться за такое серьёзное масштабное дело – создание необозримой бесконечной Вселенной.
Не очень много говорится в первом дне о Боге, но, в принципе, и не мало.
Не поясняется:
- что такое Бог;
- какова его сущность;
- как он выглядит;
- собственно, неясно даже, есть ли у него внешность, ибо как же на него взглянуть со стороны? Невозможно на него взглянуть со стороны, некому на него взглянуть со стороны;
- сколько времени он существует;
- где он обитал до первого дня творения;
- что делал до этого первого дня;
- что побудило его приняться за сотворение мира;
- какой процесс прошёл в его сознании, чтобы он перешёл от простого существования к существованию творческому;
- с какой целью он создал мир;
- единственный ли этот его мир или он создавал ранее где-то и другие миры, и если да, то сколько и какие…
И так далее, и так далее – вопросам несть числа.
Но и то сказать – нельзя же сразу, на первой же странице выложить все сведения о чём угодно. Информацию всегда предпочтительнее давать постепенно, от простого к сложному.
Представьте – приходят первоклассники в школу на первый урок арифметики, а учитель им, к примеру, говорит:
- Итак, дети, давайте умножим 735 на 984, полученную сумму разделим на 317 и посмотрим, разделится ли она без остатка, а если будет остаток, то какой. Дети только вытаращат глаза и ничего не поймут.
Сначала надо будет их научить цифрам, потом сложению и вычитанию в пределах 10, потом числам двузначным, потом делению и умножению в пределах таблицы умножения, и только через эти «потом» приступить к операциям с трёхзначными числами, и только потом, через многие и многие «потом» дойти и до таблицы логарифмов, и до интеграла, и до дифференциала, и много ещё до чего в высшей математике.
То же самое и с письменностью. Сначала буквы, потом слога, потом слова, потом предложения. А диктанты, изложения и сочинения – это потом, это намного позже потом.
То же самое, надо полагать, и с Богом. Он сложнее арифметики и грамматики. Возможно, Библия свойства Бога и его характеристики будет развёртывать постепенно, шаг за шагом.
Любой путь начинается с первого шага, любая лестница – с первой ступеньки, знакомство с Богом – с первого дня творения.
Ведь и в первом дне творения информации о Боге немало.
Главное – он существует и умеет творить. Да ещё в каких масштабах!
В начале сотворил Бог небо и землю.
Создать землю! Целую планету! Единым разом!
Ну, что такое земля, нам, живущим на земле, более или менее ясно. Поскольку речь явно идёт о планете, то уместнее было бы писать это слово с большой буквы – Земля. Но поскольку в переводе наша планета прописной буквы не удостоилась, то ладно, пусть так и останется.
Сложнее понять, что такое небо.
Если это то, что вне земли, то это – пространство, космос.
Бог создал пространство?
А было ли пространство до Бога?
Если нет, то где же он существовал?
Может ли Бог существовать вне пространства?
Где же он существовал, когда не было пространства?
Бог что, подобен математической точке? Она тоже существует вне пространства. Она жива только логически, ею можно оперировать, ею можно пользоваться, о ней можно рассуждать, но она не имеет ни длины, ни ширины, ни объёма, ни веса, ни времени существования – она не материальна, она мысленный логический конструкт и ничего более.
Бог обладает теми же пространственными характеристиками, что и математическая точка?
Но нет, рука не поднимается сводить Бога к математической точке. Бог – мыслящее и творящее существо, а точка в математике – фикция, абстракция, выдумка. (Ой, наверняка кто-то из атеистов то же самое думает и о Боге…)
Но вполне возможно, что предположение о том, будто небо – это пространство вокруг земли, неверно. Возможно, что небо – это нечто другое. Возможно, в дальнейшем Библия более определённо подскажет, что же такое небо. Однако во всяком случае ясно, что небо надо создавать, что неба до Бога не было. О небе в первом дне творения больше никакого упоминания не будет. А вот о земле – таки да.
Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною…
Земля безвидна… Кто же в тот первый день мог смотреть на землю и не видеть её?
Да кроме Бога – никто. Потому что никого больше нигде нет. Никто рядом с Богом не стоит. Пока Библия говорит только о трёх сущностях – Бог, небо и земля.
Бог, конечно, знает, что земля создана, он уверен в результате своего деянии, он убеждён в том, что земля здесь, рядом, что она существует. Но он её не видит – она безвидна…
Бог начал творить мир в темноте?
Бог не видит в темноте?
Создавал ли Бог темноту, или она образовалась сама собой?
Может ли что-либо образоваться в мире без Бога?
Что земля пуста – это понятно. Об этом и наука говорит. Нет на первобытной земле никакой жизни. Не только безвидна, но и пуста.
А в Иерусалимском переводе, помимо пустоты земли, другое слово для неё.
Земля же была пуста и хаотична…
Земля хаотична! То есть никакого в ней порядка, никакого благоустройства.
И кто же этот хаос создал, а?
Да кроме Бога – некому.
Чей же перевод точнее и более уважительнее к Богу – Синодальный, в котором земля пуста и безвидна, или Иерусалимский, в котором земля пуста и хаотична? Сначала приходится создавать мир вчерне, в темноте, как получится? Даже в хаосе? И только потом, как будет ясно из дальнейшего текста, мир подправляется, упорядочивается, отшлифовывается, совершенствуется, благоустраивается – создаётся свет, отделяется вода от суши, создаются Солнце, Луна и звёзды, земля заселяется растениями, животными и человеком.
О земле в первом дне говорится, что она пуста.
Пуста, да не совсем!
И Дух Божий носился над водою.
Значит, уже и вода есть, и, наверное, не какие-то жалкие лужицы и болотца – не тот масштаб у Бога, чтобы лужицы создавать. Наверняка на земле моря и океаны, и уже вольно гуляют по их глади волны, а над ними носится Дух Божий.
Дух Божий – это что-то новенькое.
Дух Божий и Бог – это одно и то же или нет?
Для христианства – конечно, нет. В христианстве много чего божественного – и Бог-отец, и Бог-сын, и Бог – Дух Святой. Не пишут, не говорят, как в «Бытии» – Дух Божий, предпочитают – Дух Святой. Троица. Дух Святой на христианских иконах изображают в виде белого голубя. Так когда-то кому-то захотелось, так закрепилось традиционно, хотя в Пятикнижии ни о каком белом голубе ни слова.
А в иудаизме, том самом, который и создал Пятикнижие как самый начальный, самый основной, самый первозданный источник монотеистической веры – никакой тройственности в религии нет и быть не может. Бог – один. А три божественных существа – это уже шаг назад от единобожия, это уже что-то ближе к язычеству с его обилием богов.
Так что же, Дух Божий и Бог – синонимы?
В первом дне творения так и можно подумать. Однако в дальнейшем в том же Пятикнижии увидим, что совсем нет, что Дух Божий – это нечто особенное, такая эманация, такая творческая сила, которая существует сама по себе и хотя зависит от Бога, но Богом отнюдь не является и вообще это не личность. Сказано же – Дух.
В книге «Числа» вот что говорится.
И сошёл Господь в облаке, и говорил с ним, и взял от Духа, Который на нём, и дал 70 мужам старейшинам. И когда почил на них Дух, они стали пророчествовать…
Вот, значит, сила какая в этом Божьем Духе – сойдёт этот Дух на человека, и даётся этому человеку такое знание, которого ни у кого больше нет - открывается перед ним будущее. Не сказано же – почил на них Бог, это было бы явно чрезмерно, а сказано – почил на них Дух. То есть нечто божественное, но отнюдь на сам Бог. По велению Бога Дух может отделяться от Бога и присоединяться к человеку.
Так что же – в первый день творения Бог создал не только мир материальный, но и духовный? Или этот Дух всегда был с Богом и создавать его не надо, он есть одно из проявлений Бога?
Дух Божий присущ Богу всегда, как живому цветку аромат?
Скорее всего, так оно и есть. Даже наверняка.
Впрочем, подробнее об этом позже, по мере продвижения по тексту «Бытия», а пока достаточно уяснить, что в первый день творения над водой носился не Бог, а Дух Божий. Что он из себя представляет, как он выглядит, и выглядит ли вообще, имеет ли этот Дух какую-нибудь внешность, хотя бы в виде пара, тумана, зыбкого миража – неизвестно. Да в первый момент он никак не мог и выглядеть, потому что кругом сплошная тьма. Уж если сама земля была безвидна, то где там увидеть бестелесный Дух.
В Иерусалимском переводе о Духе Божьем говорится более уважительно по сравнению с Синодальным. Ну что это за слово – «носился»? Словно бесприютный осенний сухой листок под ветром. В Иерусалимском переводе слово иное – «витал». Явно поэтичней, уважительней и божественней.
И Дух Божий витал над водою.
Что касается поэтичности, то какой прекрасный стих:
Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною…
Вот в этом стихе немножко и проясняется, что такое небо. Есть земля, и есть вокруг неё – бездна. Бездна – это то, что без дна. Бесконечное пространство. Космос. Вселенная (пока совершенно пустая).
В начале сотворил Бог небо и землю.
Вначале – небо, то есть пространство, бездна. И только затем землю. А иначе куда же землю поместить, если нет пространства?
В тьмущей темноте, где ни одной искорки, ни малейшего просвета, в темноте абсолютной, где только чёрная беспредельная космическая бездна, Богу неуютно. Ведь он даже землю, своё первое ощутимое творение, не видит.
И сказал Бог:
- Да будет свет.
И стал свет.
И стал свет - и полетели со всех сторон и во все концы фотоны, заполнили всю эту бездну, всё пространство и уничтожили тьму. Источник света долго не искать, он разве не ясен? Желание Бога, веление Бога, слово Бога – вот источник света.
И совершенно ясно, каким образом Бог творит мир. Очень просто творит - словом своим творит, ничем более.
И сказал Бог:
- Да будет свет.
И стал свет.
Вправе предположить, что небо и землю Бог сотворил так же. Сказал – да будет небо и земля! И стали небо и земля.
Как гениально просто всё делать, как божественно - только желанием и словом!
Между прочим, христианство подтверждает могущественную силу божьего слова. Вот Евангелие от Иоанна, самые первые строки.
В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог.
Оно было в начале у Бога.
Конечно, у Бога, у кого же ещё, ведь никого другого и в помине рядом не было.
Слово было Бог…
Бог творит Словом, Слово олицетворяет силу Бога, Слово становится божественным явлением. Сказано – значит сделано, сотворено, явлено. А что не сказано – того и в помине нет.
Бог говорит:
- Да будет свет.
Тут-то и клубятся вопросы.
Бог говорит сам с собой?
На каком языке он говорит?
Каким образом воспроизводит звуки, каким речевым органом?
Кому он говорит?
Зачем он говорит?
Молча он творить не может?
Или может, но с разговором ему творить сподручнее?
Непременно божья речь должна звучать в пространстве?
Говорил ли он что-нибудь когда-нибудь до этого момента, до своей самой первой прекрасной во всех отношениях фразы – «Да будет свет»? Или это его самое первое высказывание, самое первое предложение?
Ответов на это нет в «Бытии» ни в первом дне творения, ни во всех последующих.
Но посмотрим далее, что же стало после появления света.
И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы.
Фраза свидетельствует, что до появления света Бог света не видел и не знал, хорош свет или плох. Ему надо было сначала посмотреть на свет, увидеть его и только после этого определить, что он хорош.
До этого момента, до создания света, Бог существовал только в темноте, в полном отсутствии фотонов? И сколько времени это длилось?
Чуть ранее здесь задавался вопрос о Боге – единственный ли этот его мир? Может, это не первый мир, который Бог творил, может, он этим занимался и раньше, создавал где-то иные миры?
Да ничего подобного! Никакого другого мира Бог до этой поры не сотворил и ничего не видел. Он даже света не видел! Он настолько наивное и простодушное существо, что даже не знает, хорош свет или плох. Он впервые увидел свет в первый день своего творения и от души порадовался – до чего же свет хорош, как хорошо существовать при свете! А до этого дня Бог жил в темноте – и вот вырвался из пассивного существования в феерическую сферу активного творчества, из темноты на свет, словно из темницы на вольный широкий полдневный луг с его ароматом трав и цветов, порхающими бабочками, свежим ветерком и синью неба.
За Бога можно только порадоваться – за его выход из тьмы к свету, от бездействия к деятельности, к творчеству, созиданию, к раскрытию своего безбрежного творческого потенциала.
Николай Васильевич Гоголь во втором томе своих «Мёртвых душ», глава 3, замечает мимоходом:
Бог предоставил себе дело творенья, как высшее наслажденье…
Именно – наслажденье! Непременно – наслажденье! С каким размахом Бог творит, с каким азартом, с какой широтой, с каким наслаждением, с каким удовольствием! И всё у него получается сравнительно неплохо, даже хорошо. (Кроме человека. Но об этом потом).
После слов Бога о свете здесь было высказано предположение, что сразу «полетели со всех сторон и во все концы фотоны, заполнили всю эту бездну, всё пространство и уничтожили тьму».
Ан ничего подобного – предположение ложно.
Потому что не всё пространство стало светлым, не весь космос, не всюду проникли фотоны. Где-то в бездонной бездне, куда фотоны не долетели, тьма оставалась, так что Богу пришлось отделять свет от тьмы, провести границу. Если бы тьмы не было, если бы был только свет – нечего было бы и отделять.
И отделил Бог свет от тьмы.
А отделять пришлось, пришлось создать для фотонов непреодолимую преграду.
Так создавал Бог тьму или она сама собой получилась?
Тьма – не самостоятельная сущность, а только свидетельство отсутствия света?
Да нет – ведь Богу приходится с ней оперировать, отделять её от света. Получается, что она не зависит от света, что она сама по себе, а свет сам по себе. В ближайшие дни Богу придётся отделять воду земную от воды небесной, затем воду от суши… Так же и свет от тьмы?
Об этой тьме до сих пор идут споры. Мол, в дихотомии «да – нет» оба объекта логически связаны. Воспроизводство одного объекта совсем не обязательно означает какую-нибудь деятельность по воспроизводству другого. Другой объект получается сам собой. Например, Соединённые Штаты, равно как и Франция, Англия, Германия и другие страны в начале ХХ века стали серийно выпускать самолёты. Равносильно тому, что человек в подражание Богу сказал: «Да будут самолёты!». И стали самолёты. Означает ли это, что эти страны до ХХ века деятельно занимались отсутствием авиастроения? Да они об этом и думать не думали. Отсутствие авиастроения получалось само собой.
Так и со светом. Бог создал свет – но это совсем не означает, что он перед этим создавал тьму. При отсутствии света тьма получается сама собой. Хотя тьма и более осязаема, чем отсутствие авиастроения. Над отсутствием чего-то работать не надо.
И наконец, последнее деяние Бога в этот первый день.
И назвал Бог свет днём, а тьму ночью.
Ещё раз Бог высказался – «назвал». Не просто подумал, а «назвал». Стало быть, дважды высказывался в этот первый день.
До первого дня творения ничего не было – ни земли, ни воды, ни дня, ни ночи. Всё, что создаётся, что появляется по слову Бога, – внове. И это новое надо назвать, прикрепить к нему термины. И Бог называет – день, ночь, свет. Возможно, не только для себя называет – знал точно, что будет на земле человек, которому все божьи термины бытия очень даже пригодятся.
И наконец, констатация факта.
И был вечер, и было утро: день один.
Наверное, можно придраться к этой фразе – мол, между вечером и утром отнюдь не день, а ночь. Но вспомним – первый день начинался с тьмы. Свет появился позже. Иудаизм это затвердил в своей религиозной и государственной практике – сутки начинаются вечером, с тьмы, а завершаются светом. В христианстве сутки начинаются тоже с тьмы, в полночь, но кончаются не светом, как в иудаизме, а той же тьмой, в следующую полночь. Ну, это кому как нравится.
Кроме того, и то учесть надо, что когда мы говорим «день», мы зачастую понимаем под этим отнюдь не день как таковой, а сутки, то есть день и ночь. Произнеся в разговоре – «Три дня назад» - мы ведь имеем в виду именно сутки, то есть и ночи тоже. Говорим – «Три дня», а имеем в виду – и три ночи. Ну и Моисей так же – вечер, утро, день один.
Подытожим – что же создал Бог в первый день.
Создал, в порядке последовательности – небо, землю, тьму, бездну, воду, свет, грань между светом и тьмой.
